Чудо веры

10.07.2018

Пять лет судьбы человека. Русский солдат Александр Воронцов просидел в яме в Чечне 5 лет. Он был в чеченском плену — 5 лет; его несколько раз — РАССТРЕЛИВАЛИ, стреляли почти в упор, но так и – НЕ СМОГЛИ расстрелять!!! Два года его – НЕ КОРМИЛИ и жестко испытывали на нем приемы рукопашного боя. 
Самое главное, мне Саша рассказал, когда я его спросил, как же он всё это пережил: “Я два года пока сидел в яме плакал так, что вся глина подо мной мокрая от слез была. Я смотрел на звездное чеченское небо в воронку зиндана и ИСКАЛ — моего Спасителя. Я рыдал как младенец, ИСКАЛ — моего Бога”. “А дальше?” — Спросил я. “А дальше — я купаюсь в Его объятиях”, — ответил Саша.
А теперь рассказ очевидца о том, как это было.
«В 1995 году — первая чеченская война. Я, подполковник Антоний Маньшин, был командиром штурмовой группы. Засада — это верная смерть: головная и замыкающая машины подбиваются, и тебя методически расстреливают с высоток. Группа, попавшая в засаду, живет максимум 20-25 минут – потом остаётся братская могила.
Была запрошена помощь с воздуха вертолетов огненной поддержки, мы прибыли на место через 15 минут. Управляемыми ракетами воздух-земля уничтожили огневые позиции на высотках. К нашему удивлению, группа уцелела, только недосчитались Саши Воронцова. Стали его искать — не нашли. Нашли кровь на камнях, а его не было. Случилось худшее – он, контуженный, попал в плен к чеченцам. Трое суток лазили по горам, но так Сашу и не нашли. Списали его, как без вести пропавшего, потом представили к Ордену мужества.
И вы, представляете, проходит 5 лет. Начало 2000 года, штурм Шатоя, населенный пункт Итум-Кале, при блокировке его нам мирные жители сообщили, что у них в зиндане (в яме) уже 5 лет сидит наш спецназовец.
Надо сказать, что и один день в плену у чеченских бандитов — это ад. А тут — 5 лет! Мы бегом туда, уже смеркалось. Фарами от БМП осветили местность. Видим яму 3 на 3 — и 7 метров глубиной. Лесенку спустили, поднимаем, а там — живые мощи. Человек шатается, падает на колени, и я по глазам узнал Сашу Воронцова. 5 лет его не видел и узнал! Он весь в бороде, камуфляж на нем разложился. Он в мешковине был — прогрыз дырку для рук, и так в ней грелся. В этой яме он испражнялся и там жил, спал, его вытаскивали раз в два-три дня на работу, он огневые позиции чеченцам оборудовал.
Он перед нами на колени падает, и говорить не может — плачет и смеется. Потом говорит: “Ребята, я вас 5 лет ждал, родненькие мои”. Мы его в охапку, баньку ему истопили, одели его. И вот он нам рассказал, что с ним было за эти 5 лет.
Вот мы сидели неделю с ним, соберемся за трапезой, обеспечение хорошее было. А он кусочек хлеба «мусолит» часами и ест тихонечко — у него все вкусовые качества за 5 лет атрофировались. Рассказал, что его 2 года вообще не кормили…
Спрашиваю: ”Как ты жил-то?” А он: “Представляешь, командир, Крестик целовал, крестился, молился, — брал глину, скатывал в катышки, крестил её, — и ел. Зимой снег — ел”. “Ну и как?”–– спрашиваю. А он говорит: ”Ты знаешь, эти катышки глиняные были для меня вкуснее, чем домашний пирог. Благословенные катышки снега были — слаще меда”.
Его 5 раз расстреливали на Пасху.
Чтобы он не убежал, ему — перерезали сухожилия на ногах, он стоять — не мог. Вот ставят его к скалам, он на коленях стоит, а в 15-20 метров от него, несколько человек с автоматами, которые должны его расстрелять.
Говорят: “Молись своему Богу, если Бог есть, то пусть Он тебя спасет”. А он так молился — у меня всегда в ушах его молитва, простая, как русская душа:
“ГОСПОДИ, ИИСУСЕ, МОЙ СЛАДЧАЙШИЙ, ХРИСТЕ МОЙ ПРЕДИВНЫЙ, ЕСЛИ ТЕБЕ СЕГОДНЯ БУДЕТ УГОДНО, Я ЕЩЕ ПОЖИВУ НЕМНОЖКО”. Глаза закрывает и крестится.
Они спусковой крючок снимают — осечка. И так дважды — выстрела НЕ ПРОИСХОДИТ. Передвигают затворную раму — НЕТ выстрела. Меняют спарки магазинов, выстрела — опять не происходит, автоматы — МЕНЯЮТ, выстрела все равно – НЕ ПРОИСХОДИТ.
Подходят и говорят: “Крест сними”. Расстрелять его – НЕ МОГУТ, потому что Крест висит на нем.
А он говорит: “Не я этот Крест надел, а священник в таинстве Крещения. Я снимать — не буду”.
У них руки тянутся — Крест сорвать, а в полуметре от его — тела их СКРЮЧИВАЕТ Благодать Святого Духа, и они скорченные — ПАДАЮТ на землю. Избивают его прикладами автоматов и бросают его в яму. Вот так два раза – пули не вылетали из канала ствола, а остальные — вылетали и всё МИМО него летели. Почти в упор – НЕ МОГЛИ расстрелять. Его только камешками посекает от рикошета — и всё.
И так оно бывает в жизни. В Сашу влюбилась девушка чеченка, она его на много моложе, ей было 16 лет — то тайна души. На третий год она по ночам в яму носила ему козье молоко. На веревочке спускала, и так она его выходила. Её ночью родители ловили на месте происшествия, пороли до смерти, запирали в чулан. Звали её Ассель. Связывали её. Она умудрялась за ночь разгрызать веревки, разбирала окошко, вылезала, доила козочку и носила ему молоко.
Он Ассель забрал с собой. Она крестилась с именем Анна. Они повенчались, у них родилось двое деточек, Кирилл и Машенька. Семья прекрасная.
Вот встретились мы с ним однажды еще и в Псково-Печерском монастыре — обнялись, оба плачем. Он мне всё рассказывает. Я его к старцу Адриану повел, а там народ не пускает. Говорю им: “Братья и сестры, это мой солдат, он в Чечне в яме 5 лет просидел. Пустите, Христа ради”. Они все на колени встали, говорят: “Иди, сынок”. Прошло минут 40. Выходит с улыбкой Саша от старца Адриана и говорит: “Ничего не помню, как будто — с Солнышком беседовал!”.
А в ладони у него — ключи от дома. Батюшка им дом подарил, который от одной старой монахини монастырю отошел.

По информации страницы ВКонтакте «Православная Русь»
https://vk.com/orthodoxrussia
Поделиться в соцсетях:

Поиск

Икона дня

Календарь

Мы в ВКонтакте

Мы в Facebook

Архив новостей

Яндекс.Метрика
Сентябрь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Авг    
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930